Метрополитен - московское метро.
Сокольническая Линия.
Станция Лубянка.

Архитектор Н.А. Ладовский.
Реконструкция: Н.А. Алёшина, А.Ф. Стрелков
Открыта 15 мая 1935 года.

История и происхождение названия.

Станция открыта 15 мая 1935 года в составе первого пускового участка Московского метрополитена — «Сокольники» — «Парк культуры» с ответвлением «Охотный ряд» — «Смоленская». До 17 декабря 1975 года станция не имела центрального зала — он появился лишь после сооружения пересадки на станцию «Кузнецкий мост». Станция названа по Лубянской площади, на которую выходит. Название площади восходит к имени старинного урочища Лубянка (впервые упоминается в документе с 1716 года). В конце XV века в этой части Москвы обосновались выведенцы из Новгорода, чью независимость сокрушил Иван III в 1470—1480 годах. Ими местность и была названа в память старинной новгородской улицы Лубяница. Та же была, возможно, названа также по урочищу (термин луб — подкорье, внутренняя кора, особенно липовая — раньше широко использовался в хозяйстве, и есть вероятность, что урочище по нему получило свое название). В 1926—1990 годах называлась площадью Дзержинского — в честь революционера, советского государственного деятеля, основателя ВЧК Феликса Эдмундовича Дзержинского (1877—1926). До 5 ноября 1990 года станция также называлась «Дзержинская». Проектное название станции — «Площадь Дзержинского».

Вестибюли и пересадки
станции Лубянка

Станция имеет два наземных вестибюля (работы Д. Ф. Фридмана и И. И. Ловейко), выходящих на Лубянскую площадь (бывшую площадь Дзержинского).[2] Северный вестибюль встроен в здание универмага «Детский мир»; южный вестибюль, расположенный на углу Никольской улицы, украшен скульптурами метростроевцев. Через подземные переходы можно выйти к Лубянской площади, Мясницкой улице, «Детскому миру» и Политехническому музею. Через центральный зал станции осуществляется переход на станцию «Кузнецкий мост» Таганско-Краснопресненской линии.

Техническая характеристика

Конструкция станции — пилонная трёхсводчатая глубокого заложения (глубина заложения — 32,5 метра). При открытии станция не имела центрального зала. В 1973-75 годах она была полностью перестроена и получила центральный зал, из которого был сооружен переход на станцию «Кузнецкий мост» Таганско-Краснопресненской линии. Также были построены подземные переходы с выходами на Лубянскую площадь, к Политехническому музею, «Детскому миру» и на Мясницкую улицу.

Пилоны отделаны белым мрамором. Пол выложен чёрным и красным гранитом (до реконструкции покрытие было асфальтовым). Путевые стены облицованы белой фарфоровой плиткой. В юго-западном торце «Лубянки» сохранился фрагмент первоначальной отделки станции. В эскалаторном зале установлен мраморный бюст Ф. Э. Дзержинского.

Станция строилась в чрезвычайно сложных гидрогеологических условиях. Толщина слоя плывунов в районе строительства достигает 12 метров. Под плывунами залегают пласты юрских глин, в естественном состоянии довольно надежных, плотных и сухих. Однако под действием воздуха после обнажения эти глины вспучиваются, в силу чего развивается колоссальное давление. Еще ниже залегают прочные карбонные глины, однако близость старого русла реки Неглинной вызвала их размягчение. Под пластом карбонных глин залегают пористые водоносные сильно трещиноватые известняки. По проекту лоток станции должен опирается на твердые карбонные глины, своды предполагалось сооружать в плотных юрских глинах

По первоначальному проекту станция предполагалась трехсводчатой, пилонной, такого же типа, как и "Охотный Ряд". Длинна всего станционного комплекса 160 метров, ширина 33 метра, высота 11 метров.

Строительство началось с нижнего горизонта, находящегося в карбонных глинах. В процессе работы была обнаружена водоносная прослойка гравия, и под действием воды и воздуха плотные карбонные глины ослаблялись и почти потеряли свою проность. Вот, как описывает процесс работ Американский инженер Джордж Морган в книге "Как мы строили Метро":

"...Таким образом вся масса грунтов опиралась лишь на деревянное крепление штольни, механическая прочность которой естественно не была рассчитана на такую непомерную нагрузку. Кровля штолен начала садиться, вся масса пород на станции пришла в движение, отдельные элементы крепления начали выбывать из строя. Транспортные штольни сверху и с боков сдавило настолько, что по ним с трудом проходила даже небольшая вагонетка.

Положение было очень серьезное. Стойки диаметром в полметра ломало, как спички. Там, где стойки уцелели, их вдавило в деревянные лежаны, на которые они опирались. Пробив лежаны, стойки вошли в твердую почву штольни. Это создало впечатление, что почву начинает пучить...

...Над нами проходила площадь, важный узел города. Над станцией были проложены магистрали водопровода, канализации, освещения, телефона. Серьезная осадка на поверхности могла повредить подземные сооружения и в какой-то мере отразиться на жизни города. Если на угольных разработках можно было оставить недоконченную выработку и перейти на новый участок пласта, то здесь было иначе. Станция представляла звено в общей цепи перегонов, и перенести ее на новую территорию было невозможно.

Совершенно ясна была необходимость остановить какими-то мерами дальнейшую деформацию и осадку. Для этого пришлось временно заложить бутовой кладкой участки транспортных штолен. В этой стадии работ станция превратилась в аварийный участок...

...Стало очевидным, что если трехсводчатую станцию трудно строить даже при самых благоприятных геологических условиях, то в условиях "Дзержинской" станции это невозможно. Мнения инженеров разделились. Самые осторожные предлагали на этом месте станции не строить, а просто пройти площадь перегонными тоннелями. Другие считали возможным отодвинуть станцию от центра площади, где можно было разыскать более надежные грунты. Третьи наконец предлагали продолжать строить на прежнем месте, но только не трехсводчатую, а двухсводчатую станцию.

Площадь Дзаржинского - важный транспортный и деловой узел в центре города, поэтому было принято предложение строительства двухсводчатой станции, без протяженного центрального зала. Для того чтобы обеспечить более мощный покров юрских глин, способный защитить от плывунов, своды станции заглубили примерно на 3 метра. Джордж Морган:

...Изучение механики грунтов, окружающих станцию, показало, что в первые пять дней после обнажения кровля выработки оказывает сравнительно небольшое давление на крепи. После этого периода начинается быстрый рост давления, остановить которое не может даже усиленное крепление толстым лесом.

Учитывая это обстоятельство, новый способ работ был основан на скорости: быстрая разработка участка и немедленная укладка бетона, используя период сравнительного затишья в нарастании давления. Кольцо свода ... длиной примерно в 2 метра разрабатывалось до верха оснований под пилоны. Сейчас же после разработки устанавливали кружала и укладывали бетон, не прекращая подачу его до тех пор, пока не забетонирована вся калотта... ...Этим способом своды сооружались одновременно из 24 забоев или фронтов, отделенных друг от друга мощными целиками породы. Тыл каждого забоя был полностью защищен бетоном соседнего кольца. Первое кольцо сводов было уложено 3 июня, а последнее - 25 августа. В течение этого времени не было замечено ни серьезного давления, ни дальнейшей осадки на поверхности. Из очень опасного участка станция превратилась в почти законченное вчерне сооружение в течение 80 дней... ...Средний свод строился короткими кольцами. Своды ставились частично на готовые крайние тоннели, частично на глину. Для того чтобы обеспечить безопасность крайних тоннелей на этот период работ, они были подкреплены временными поперечными перемычками из кирпича. Ценой неимоверных усилий, в жесточайшей борьбе с подземной стихией, станция была построена в срок, хоть и в усеченном виде (без центрального зала). В память о сложностях при строительстве и героизме строителей, у вестибюля на углу Никольской улицы установлена скульптура, посвященная метростроевцам. Московский метрополитен непрерывно развивался, в 70-х годах строится новая Таганско-Краснопресненская линия, которая пересеклась с Сокольническим радиусом как раз под площадью Дзержинского. Для обеспечения пересадки на новую линию, было решено произвести реконструкцию "Дзержинской" с достройкой полноценного центрального зала. Строительство вновь вернулось на шахту N 14. Начальником участка был назначен ветеран Метростроя инженер Григорий Иосифович Гликин.

И через 40 лет, с применением передовых строительных технологий и материалов, потребовалось в сумме семь с половиной лет, чтобы построить то, от чего пришлось отказаться в тридцатых. Плывун остался плывуном, проходка была необыкновенно сложной. Сначала был построен второй выход в город из двух наклонных ходов с подземным вестибюлем, встроенным в сеть подземных переходов под площадью. Для строительства наклонных эскалаторных тоннелей грунт был заморожен на глубину до тридцати метров. Открылся второй выход в 1968 году. После сооружения комлекса второго выхода началось возведение полноценного центрального зала

Северная половина центрального зала была построена так же под многометровой защитой из льда. Чтобы достроить южную пришлось бы замораживать грунт уже не под улицей Кирова, а под загруженной транспортом площадью. Не забывалось и соседство с огромным зданием КГБ СССР. Было решено пойти на технический риск и не замораживать плывун. Как было выяснено еще при строительстве станции в 30-х, юрские глины в первые несколько дней после вскрытия испытывают небольшое давление. Но затем давление растет, остановить этот процесс невозможно. Поэтому весь цикл проходки длился двое суток: раскрывался забой в полтора метра и сразу же устанавливались кольца тюбинговой обделки. Работы с ювелирной аккуратностью проводились без прекращения движения поездов. За время, прошедшее со строительства станции, бетонные конструкции под действием воды и постоянной температуры приобрели прочность гранита. Для сооружения двадцати новых проходов в боковые залы пришлось применять взрывной метод.

В центре нового центрального зала сооружен переход на станцию "Кузнецкий Мост" Таганско-Краснопресненкой линии. В отделке пилонов станционного зала использован светлый уральский мрамор "Коелга", стены облицованы белой фарфоровой плиткой.

Еще в послевоенные годы на станции были установлены гермозатворы. Так как, в отличие от "Красных Ворот", на "Дзержинской" первоначально было всего три пары проходов от эскалаторов в боковые залы, то установить один большой гермозатвор, перекрыв пару проходов было невозможно, оставшиеся не справились бы с потоком пассажиров. Поэтому во всех проходах были установлены малые гермозатворы. После открытия центрального зала нагрузка на старые проходы уменьшилась, и одна пара проходов была закрыта, там устроены служебные помещения.

Фрагмент первоначальной отделки станции сохранился в юго-западном торце: два прохода в короткий центральный зал, отделанные темным мрамором. Первоначальная отделка боковых залов повторяла отделку сохранившейся "старой" части. Несуществующие пилоны были "обозначены" цветом и рисунком облицовки. В самом конце платформы и сейчас есть такой "бутафорский" пилон. После реконструкции "Дзержинская" превратилась в невыразительную и безликую пилонную станцию, довольно неудобную из-за значительной протяженными пилонов. Остается только сожалеть, что при строительстве центрального зала не сохранилось первоначальное архитектурное и цветовое решение, как при аналогичной реконструкции на "Чистых Прудах" (пусть удалось бы раскрыть только каждый 2-3 "обозначенный" проход, а "настоящие" пилоны остались бы такими же протяженными).

В 1990 году площади Дзержинского было возвращено историческоое название Лубянская. Одновременно и станция "Дзержинская" переименована в "Лубянку".